Афиша

афиша

Туризм

туризм
туризм_музей

архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
       

Храмы

Расписание богослужений

погода

Внимание! Новая группа!
Главная Земляки "Сельские встречи": "Мы назаровские" - поездка в д. Криводино (МО Юровское)
Просмотров: 1577, комментариев: 0

"Сельские встречи": "Мы назаровские" - поездка в д. Криводино (МО Юровское)

«Ходит по полю девчонка ­ та,
в чьи косы я влюблён…»
В сентябре этого года Павел Гугович Кивитар отметит 90­летие. Здесь, в Назарове, он живет уже 25 лет. История его семьи довольно­таки интересна. Как оказалось, дед Павла Гуговича переехал на Вологодчину в далеком 1890 году из Эстонии. Около деревни Коршилка семья купила землю. Эстонцы жили на хуторах, в каждом по 2­3 дома. «Недалеко от Минькино,­ вспоминает Павел Гугович, ­ находились и другие хутора. Позже там уже жили переселенцы с Рыбинского водохранилища. Эстонцы потихоньку уезжали. Жили люди на хуторах обособленно до того времени, как колхозы начались создаваться. Потом стали в деревни перебираться. Когда началась война, с нашей деревни Коршилка 40 мужчин забрали, только трое вернулось. Меня призвали из Брюховского сельского совета в 1943 году».
По иронии судьбы 17­летнего паренька направили в эстонский запасной стрелковый полк. Он служил минометчиком. В феврале 1944 года полк перебросили в Ленинград, а затем в Нарву, где молодые бойцы прошли курсы переподготовки. В ноябре 44­го Павел Гугович получил свое первое боевое крещение. В марте 45­го во время знаменитой курляндской группировки был ранен, поэтому победную весну встретил в госпитале. Мобилизовался солдат только спустя 6 лет после окончания войны. «Как и все, я восстанавливал разрушенное войной хозяйство. Вернулся домой, стал работать в совхозе «Коротыгино» в строительной бригаде. Женился, с женой родили семерых детей», ­ рассказывает ветеран.
Наш земляк был не только хорошим бойцом. Трудовую вахту он тоже нес достойно. Самостоятельно Павел Гугович освоил печное дело, поэтому в округе прославился как печных дел мастер. Свое трудолюбие и усердие он передал детям. Почти все они продолжают трудовую династию семьи Кивитар в родном колхозе имени 50­летия СССР. Со второй женой, Верой Игнатьевной Потемкиной, Павел Гугович вместе уже тоже немало лет. Живут душа в душу. Несмотря на преклонный возраст, самостоятельно ведут хозяйство. Нина Алексеевна Шарманкина, с которой мы и побывали у них в гостях, спешит добавить: «Бабуля с дедулей у нас молодцы, вот сейчас только из баньки пришли. Дрова под окном недавно сложили, в огороде тоже почти без посторонней помощи управляются. А чистота какая идеальная, посмотрите!».
По словам Нины Алексеевны, Павел Гугович еще и хороший артист, раньше частенько выступал в клубе, пел, особенно военные песни. Мы попросили ветерана напомнить слова его любимого произведения. Он сел поудобнее, расправил плечи и с улыбкой на лице пропел «Синий лён» Эдуарда Хиля: «Вешним солнцем окроплён, Прорастает в поле лён, Ходит по полю девчонка ­ Та, в чьи косы я влюблён».
Слово за слово, а Павел Гугович вспомнил всю песню до конца. По лицу видно, что доволен: память не подвела. Что ж тут скажешь? Молодец! Вот такие у нас ветераны!
«Бараковы, Шарманкины, Ветровы…»
Назаровская улица большая, состоит из трех посадов. Всех без исключения жителей знает Нина Алексеевна Шарманкина, дом которой украшает красная звезда. «Дом родительский, потому и звездочка, ­ комментирует сегодняшняя хозяйка. ­ Отец мой, Алексей Николаевич, участник войны. У него и два брата воевали, и все, слава Богу, вернулись».
Интересно, а Назаровы здесь когда­нибудь жили? «На моей памяти нет, у нас три самые распространенные фамилии ­ Бараковы, Шарманкины и Ветровы, ­ бойко отвечает собеседница. – Наша деревня всегда была жизнерадостная. Люди помогали друг другу. Гуляли весело, клуб в той части деревни был. Я помню, как в пору моего детства и юности отцы наши и деды собирались после работы вместе, в карты играли. Такое не часто в деревнях было. А я 15 лет агитатором этой деревни работала. В выборы обходила каждый дом, разговаривала с жителями. Выбирали меня и депутатом. В юности секретарем комсомольской организации первой фермы была. Вообще, я люблю людей. Сейчас вхожу в состав инициативной группы деревни. Нас 9 человек, вот мы и помогаем нашему старосте Николаю Александровичу Пушникову решать дела деревенские. Пруд убрали посреди деревни, почистили пожарный водоем, а 8 лет назад на свои средства поправили дорогу. В прошлом году выкопали колодец. Вода очень хорошего качества».
У Нины Алексеевны квартира в Юрове, а в дом на Назаровскую улицу она планирует перебраться насовсем. «Приходиться здесь каждый день бывать, печь топить, чтобы картошка не замерзла», ­ объясняет она. Как выяснилось в ходе беседы, в былые времена эта женщина в округе была незаменимым человеком. «13 лет я работала на местном радиоузле телефонисткой, а потом дежурной. В ту пору не было такой связи, как сейчас, и чтобы позвонить, нужно было через телефониста соединяться. Вот с 6 утра до 12 ночи и соединяла телефонные разговоры внутри колхоза между фермами и с районом. Когда всё усовершенствовали и стали напрямую соединять, я перешла в торговлю и 26 лет проработала продавцом».
«Мама моя, Агафья Ивановна, родом с Кубани, ­ рассказала она. ­ В ее семье 11 детей было. За одно слово, сказанное ее отцом против Советской власти, их выслали в Вожегу. Родители умерли рано, а детей раскидали по детдомам. Мама и ее два брата оказались в детском доме деревни Юрово. Она воспитывалась в нем до 19 лет. Потом выучилась на повара и работала в детдоме, поднимала братьев. А отец мой назаровский. Еще на фронте он вступил в партию. С нами, четверыми детьми, водилась нянька. Она без ведома отца, хотя он был и не против, нас окрестила. Естественно, об этом узнали и его исключили из партии».
Вернулась в родные места
Долгожительница назаровской улицы Анна Александровна Семчук родом с Нетинино. «Моей родной деревни уже нет. После мелиорации ее с землей сровняли. А как красиво у нас было! Аллея липовая, дома большие. Помню, как кирпичи всегда из земли выкапывали весной. Говорили, что барская усадьба стояла на том месте. Помню времена раскулачивания. Народ в деревне хороший был. Не выдали тогда нетининцы своих. Хотели раскулачить семью Ереминых. А на самом деле какое у них было богатство?.. Просто трудились от зари до зари. Слава Богу, что у нас, у русских, такой несгибаемый характер. Все трудности мы переносим. Закалку получали с детства, привыкали к тяжелым работам. Серпом жали лет с десяти, вот отметина на руке осталась от пореза. Солома с поля шла на крыши. Когда война началась, мне 6 лет было. В нашей деревне разведчики жили. Отец вернулся в 1943 году с Ленинградского фронта без руки. От его батальона осталось несколько человек. Лежал на поле несколько часов, истекал кровью. В войну дорога на Москву шла через Вологду, поэтому проезжали и через Юрово. До сих пор перед глазами обозы с эвакуированными ленинградцами. Люди меняли золото на хлеб и картошку. Мама говорила: «Не могу обдирать людей, сердце разрывается». Поэтому картошки несколько раз давала так, хотя у нас самих ее мало было. Нас война достала своей железной рукой позже: голод наступил в 46­47­ом, после засухи. Тогда макушки клевера толкли и ели. Удивляешься стойкости людей: голодали, но работали. Откуда брали силы? Бабушка ткала, а маме по хозяйству доставалось: отец­то с одной рукой. Женщины плели кружева, чтобы заработать хоть какую­то копейку. Уставали, ведь все вручную, а вечером все равно собирались: песни, частушки пели, плясали. В детстве мы были голодные, но дружные и веселые. Собирались деревнями, гуляли. Ходили в Князево, там кино показывали. А еще у нас в деревне валенки катали, мой отец заведовал катальней…»
Анна Александровна, как и многие деревенские жители, в 17 лет подалась на север, в Мурманск. «Жили мы бедно, несмотря на то, что отец все время работал в правлении колхоза, был коммунистом. Деревни Нетинино, Корбино, Анопино, Грибово входили тогда в колхоз «Память Ильича». Мама в животноводстве трудилась, зарабатывали они с отцом по 1000 трудодней и ничего почти не получали. В Мурманске я вышла замуж, у меня двое детей, трое внуков и четверо правнуков. Муж родом с юга, поэтому мы, прожив в Мурманске 35 лет, уезжали на 10 лет на Украину. В 1996­м, когда стало неспокойно, вернулись на мою родину, сюда, в Назарово».
Анне Александровне 80 лет, но она все так же жизнелюбива, говорлива и весела. «Мужа у меня звали Василий Иванович, а я Анна. Вот нас и звали в шутку Чапаев и Анка­пулеметчица», ­ смеется собеседница. Супруга не стало совсем недавно, поэтому одиночество женщины в отсутствии детей и внуков скрашивают любимицы ­ две пушистые кошки. «Ничего, скоро весна, а там и лето, ­ утешает она себя, ­ все веселей будет».
«Здесь красота!»
Голову кружит запах свежих опилок: сельчане заготавливают дрова. Вот и Владимир Иванович Серов тоже трудится. Подойдя к его дому, понимаю, что уже была здесь. «Как же, конечно, ­ рассеивает мои сомнения Владимир Иванович. ­ Вы приезжали к защитнице Ленинграда, Марии Ивановне Евстигнеевой. Она одна из их семьи с фронта вернулась. Три брата у нее погибли. Мы теперь одни здесь. А вообще из Вологды сюда в 2009 году перебрались. Я ведь тоже местный, с Коротыгино. С женой со школы знакомы. Съездим в город ­ и обратно сюда. Банька у нас, грядки. Водопровод давно провели. Печку натопим ­ и хорошо! Лучше, чем за квартиру платить такие деньжищи!».
Владимир Иванович выносит портреты в старинных рамах и поясняет: «Это родители Марии Ивановны, они еще у барина работали. Вот они­то самые что ни на есть назаровские…».
Что ж, встреча с сельчанами вновь получилась искренней и насыщенной. Честно говоря, Назаровская улица очень уж нам приглянулась. Привольно, спокойно и бело. А летом вообще благодать: Комёла под боком! Спасибо за радушие и гостеприимство, назаровцы!
Рассказы записывала Екатерина Щучкина.
 

 





опрос

А Вы попадались на уловки мошенников?
Все опросы

Анонс номера

Реклама

Работа
ПФР
ФСКН
ФНС