Афиша

афиша

Туризм

туризм
туризм_музей

архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Храмы

Расписание богослужений

погода

Внимание! Новая группа!
Главная Кроме того "Любовь Лихоманова: записки провинциалки"
Просмотров: 829, комментариев: 0

"Любовь Лихоманова: записки провинциалки"

Материал в номере от 18.10.2016
 
ШАГ ДО НОТЫ ПРОТЕСТА
 
Одним из интереснейших периодов моей жизни были годы обучения в Институте Экономики и Финансов в славном городе Ленинграде. Начало девяностых. Об этом периоде столько рассказано и показано, столько сломано копий в спорах о правильности и неправильности всего, что было тогда, что данной темы я касаться не буду. Меня это тогда мало волновало. Я была молодой и купалась в удовольствии от жизни в огромном городе. Днём я посещала лекции, как и положено студентке-заочнице на сессии, а ближе к вечеру разгуливала по паркам и проспектам, бульварам и скверам, откровенно наслаждаясь, хотя и временным, но статусом жительницы мегаполиса. Конечно, статус этот, присвоенный самолично, нисколько не менял ни мою одежду, ни манеру говорить, ни поведение. Только я одна не видела таблички с надписью «провинциалка», незримо закреплённой на моей спине. Больших денег у меня отродясь не бывало, а количество небольших имело свойство с каждым днём уменьшаться, сходя на нет за 2-3 дня до окончания сессии. Поэтому в магазины, кроме продуктовых маленьких павильончиков, я не ходила. Любовалась ими со стороны, как на картины в галерее. В моём городке в те годы был один промтоварный магазин, носивший гордое имя «Универмаг», располагавшийся в старинном двухэтажном доме в центре. Всё, что продавалось в нём, можно было увидеть на жителях и у жителей нашего славного городка. За некоторым разнообразим потребительских товаров мы ездили в Вологду. Причём перед поездкой конкретно выяснялись координаты приобретения той или иной покупки, т. е. включали, как бы сейчас сказали, «народный навигатор». Этот «прибор» редко подводил. Магазинов в областном центре было больше, но особым различием по форме и содержанию они не отличались.
А в Ленинграде!.. Перед каждым из огромных, старинных или современных, из бетона и стекла, супермаркетов я стояла, буквально открыв рот. Понаблюдав некоторое время за людским муравейником, непрерывной цепочкой сновавшим на вход и на выход, спокойно уходила своей дорогой. Даже мысли, что хватит денег на какую-либо покупку в сих «дворцах торговли», мною не допускалось…
Но чему быть, того не миновать. В двадцатый, безнадёжный на этот раз, порвалась моя единственная приличная (по моему мнению) сумка. Без неё, понятно, никак. Пришлось смириться с мыслями о непредвиденных тратах и необходимостью похода в «неизведанное» за покупкой нового саквояжа.
«Навигатора» не было… Было множество незнакомых магазинов и множество незнакомых людей с великим разнообразием сумок и сумочек в руках. В моём городе все друг друга знали и «навигатор» сработал бы сразу… Рассудив, что весь ассортимент товаров обязательно должен присутствовать в центральном Универмаге, я направилась после лекций в Ленинградский ЦУМ на Невском проспекте. Магазин сразил меня наповал двумя вещами: количеством секций и ценами. Как годовалый ребёнок, по недосмотру нянек оказавшийся в старшей группе детского сада, я носилась по отделам, недоуменно тараща глаза то на ценники, то на товары. Казалось, в продаже были все мыслимые и немыслимые вещи. Только сумок не было. Просто сумок - крепких, достаточно красивых и недорогих. Нет, конечно, были какие-то угловатые чемоданы, кожаные портфели-дипломаты, блестящие как новогодняя мишура ридикюли и ещё изделия бог знает какой конструкции. Но того, что было надо мне, не нашла. Я спускалась по лестнице к выходу, когда моё внимание привлекла пожилая супружеская пара. Они шли, о чём-то негромко переговариваясь на непонятном языке. Благообразная, невысокого роста старушка держала под руку высокого моложавого старичка. В руках у неё была прелестная небольшая клетчатая сумка с блестящими кожаными ободками. На ручке сумки висел новенький ценник-бирка, на котором красовалось фото таких же сумок, но разного размера, вложенных одна в другую. Меня осенило! Вот она, покупка моей мечты - набор сумок! И тут же автоматом сработала «генетическая память навигатора». В один миг я подскочила к старушке и преувеличенно вежливо (всё-таки незнакомый человек) спросила, где она покупала такую красивую сумку? Старушка уставилась на меня и промолчала. Я повторила свой вопрос. Старушка моргнула и перевела взгляд на старичка. Молчание затягивалось. Решив, что старушка глуховата, я очень громко повторила свой вопрос, так громко, что обернулся милиционер, проходивший мимо. Ответа не последовало. А сумки хотелось ужас как!.. Я тыкала в вожделенный предмет пальцем, размахивала руками, спрашивая: где, где?.. Мои старания были напрасны. В очередной попытке я нагнулась к старушке, отыскала взглядом ухо в седых волосах, и в третий раз проорала в него что есть мочи свой вопрос. Бабушка отшатнулась от меня как от прокаженной, протянула руки к старичку. Дедушка как-то странно повернулся, взглянув на меня жестким и строгим взглядом. Затем вытянулся передо мной во весь рост, и, заведя старушку к себе за спину, сказал на чистом английском языке: «Ноу! Инглиш!». Старушка эхом повторила визгливым дребезжащим голоском те же слова. По английскому у меня была четверка, но твердая, хотя и не всегда… Назревал международный скандал. Милиционер уже пробирался к нам сквозь толпу покупателей. Расстояние между нами неумолимо сокращалось. Пролепетав осевшим голосом «Искьюзми, искьюзми!», я горной козой взлетела вверх по лестнице, врезаясь в толпы людей как торпеда. Я неслась, куда несли меня ноги, не глядя вокруг и не разбирая дороги, подгоняемая животным страхом, представляя, какой может разразиться международный скандал!.. Воображение живо рисовало процедуру вручения ноты протеста английским послом, последующее за этим исключение из института и мой позор как врага народа…
Но всё обошлось. Погони не было. Про ноту протеста телевизор молчал. И я успокоилась, перестала переживать из-за ерунды. Купила несколько пластиковых разноцветных пакетов, тогда ещё бывших в диковинку на селе, и благополучно вернулась домой.
 
«КРУТЫШКА»
 
Когда покупаю новые туфли, всегда вспоминаю историю из моего отрочества.
Дело было в середине семидесятых. Тогда было другое время и другие дети. Так всегда говорят, в любые времена. Все жили спокойно, мы, подростки были самостоятельными и ничего не боялись. В общем, в 15 лет отпустила меня мама в санаторий на юг. Одну. Ехать надо было с пересадкой в Москве, так как весной прямых поездов южного направления через наш городок не было. Понятное дело, чемодан мой содержал все лучшие предметы гардероба. Собранный титаническими усилиями, был он результатом походов по единственному в городке магазину одежды и имел в моих глазах статус мешка с золотом. По ночам я мысленно просматривала картины будущих приморских дефиле и никак не могла дождаться дня выезда.
Надо сказать, что обновление гардероба включало в себя и приобретение новеньких лаковых (последний писк согласно журналу мод!) туфель. Вишневого цвета, с яркими замочками на ремешках, они приводили в восхищение как меня, так и моих подружек, каждый вечер собиравшихся для обсуждения предстоящего путешествия. Я чувствовала себя неотразимой, модной, одним словом, крутой. Но «ахи» и «охи» девчонок сыграли со мной позже злую шутку.
Помахав на прощанье рукой, в новеньких туфлях, с новеньким чемоданом, я прошла в вагон и уселась согласно купленному билету на место у окна. Путешествие начиналось. За окном мелькали леса, полустанки, городки и деревеньки. Поезд мчался в Москву и вёз туда меня, модную и крутую. Как и вся новая обувь, туфли немного жали пальцы ног, совсем немного. Я любовалась их цветом, формой и блеском, и душа моя пела. Пела первые два часа поездки. Потом, потихонечку, песня души стала приобретать грустные нотки. Пальцы одеревенели, и туфли пришлось снять, чтобы ноги отдохнули. Сразу полегчало, и я задремала под мерный перестук колёс. Проснулась я от зычного крика проводницы: «Подъезжаем! Москва!». За окном поезда тянулись бесконечные серые бетонные заборы, за ними - высокие трубы, дымившие в подсвеченное алым рассветом апрельское небо. Вскочив на ноги, я опрометью бросилась умываться, каким-то чудом мне удалось это сделать за минуту до закрытия туалета проводницей.
Туфли опять «вцепились» в пальцы. Но какая красота не требует жертв? И я стойко терпела неудобство, готовясь к встрече со столицей. Перрон был залит солнечным светом, а воздух пропитан новыми и неизведанными ощущениями. Подхватив чемодан, я устремилась за людским потоком к зданию вокзала. Через некоторое время заметила, что идущие навстречу люди как-то странно смотрят на меня, с любопытством рассматривая. Такое внимание я объяснила себе новыми красивыми туфлями, которые не могли не привлечь взгляда. Сама-то обуви не видела из-за чемодана, который тащила прямо перед собой. Чем дольше шагала, тем больше жали мне туфли. К этому вскоре добавилось какое-то другое ощущение. Будто за ночь нога моя выросла на два размера и в туфлях помещалась с трудом. Но вокруг сияло московское солнце, на мне была новенькая курточка, и я ловила своё отражение в огромных витринах зданий. Вместе с толпой я двинулась к метро, чтобы переехать на Курский вокзал. Ступив на эскалатор, глазела на мозаику и лепнину станции. Затем толпа занесла меня в вагон. Зажав чемодан между ног, я стояла как вкопанная напротив моложавого дедушки, смотревшего на меня с какой-то ироничной улыбкой. Через несколько минут эта же толпа вынесла меня наверх, к пешеходному переходу, порядок движения на котором регулировался в ручном режиме молоденьким милиционером. Половину дистанции я проковыляла на нестерпимо нывших ногах, а затем страж порядка остановил толпу. Передо мной понесся поток машин, а паренёк тоже как-то странно взглянул на меня… Опустив чемодан на землю, я оглядела свои туфли и… Сейчас уже трудно описать тот букет чувств, который ощутила в тот миг. Это были и стыд, и смех, и боль, смешанные в одном флаконе! Мои потрясающие, новомодные, крутые туфли были надеты… наоборот: правая на левую ногу, а левая на правую! Они смотрели в разные стороны, отвернувшись друг от друга, как поссорившиеся близнецы. Красная как рак от смущения, плюнув на свою крутизну, прямо посреди улицы я переобулась и, старясь как можно быстрее скрыться с глаз расхохотавшегося милиционера, бегом понеслась посреди толпы на другую сторону улицы.

А потом тихонько сидела на вокзале, ожидая южного поезда и перебирая в памяти забавные картинки шествия по Москве «крутышки» из провинции в отвернувшихся друг от друга новеньких вишнёвых туфлях… 


Комментарии
Для комментирования необходимо авторизоваться.



опрос

СКОРО НОВЫЙ ГОД! НАМ ИНТЕРЕСНО УЗНАТЬ, КАК ГРЯЗОВЧАНЕ СОБИРАЮТСЯ ОТМЕЧАТЬ ЭТОТ ПРАЗДНИК. ГОЛОСУЕМ!
Все опросы

Анонс номера

Реклама

СП приобрести газету
Теплицы-скребков
Работа
ПФР
ФСКН
ФНС